Прогулки по городу. Памятник Александру III
В Санкт-Петербурге есть много памятников, посвящённых династии Романовых. Есть великолепные, являющиеся символом города ("Медный всадник"), есть более или менее удачные. Памятник Александру III, отцу императора Николая II, - один из самых спорных памятников по своим художественным характеристикам. И судьба его тоже вызывает интерес, так он после установки на Знаменской площади в советское время был сначала заключён в металлическую клетку (к 10-летию Октябрьской революции), затем перемещён в запасники Русского музея. В 1994 году конная статуя Александра III была установлена перед входом в Мраморный дворец, ставший филиалом Русского музея. Ранее в Мраморном дворце размещался музей В. И. Ленина, перед входом в который с 1937 года стоял броневик "Враг капитала" (перемещён в Музей артиллерии и военно-инженерных войск).
Памятник Александру III во дворе Мраморного дворца
Мраморная плита перед памятником
* * *
«Конь уперся... Голова упрямая и глупая. Чуть что волосы не торчат ежом. Конь не понимает, куда его понукают. Да и не хочет никуда идти. Конь - ужасный либерал: головой ни взад, ни вперед, ни в бок. "Дайте реформу, без этого не шевельнусь". - "Будет тебе реформа!"... Больно коню: мундштук страшно распялил рот, нижняя челюсть почти под прямым углом к линии головы. <...> голова у коня упрямая и негениальная, "как мы все", "как Русь", как "наша интеллигенция". - "Пустите к свету!" А хвоста нет, хвост отъеден у этой умницы. Между хвостом - или, лучше сказать, "недостатком хвоста" - и злой, оскаленной головой помещено громадное туловище с бочищами, с ножищами, с брюшищем, каких решительно ни у одной лошади нет, и Трубецкой... явно рисовал не лошадь, а черт знает что! "Вдохновение", бессознательность!.. Именно так и нужно было: ну, какой "конь" Россия, - свинья, а не конь. <...> Трубецкой <...> посадил упрямую, злую, почти ослиную голову ("уперлась вниз по-ослиному") на громадную полулошадь, полу... Бог знает что... Помесь из осла, лошади и с примесью коровы...
<...>"Ничего не поделаешь, - говорит Всадник, - никуда не едет; одни либералишки, с которыми каши не сваришь"... Благородный, полугрустный, точно обращенный внутрь себя, взгляд Императора удивительно передает его фигуру, его "стиль", как я его помню; и удивительным образом это уловлено и передано в таком грубом, жестком материале, как бронза. Произошло это оттого, что взгляд Александра III был художественным центром его фигуры и, должно быть, до того выражал его душу, - ту "единую душу", которая сказывалась и в жестах, в манерах, в постановке шеи и груди...
<...>Упрям конь и ни под шпорами, ни под музыкой не танцует. На сем "чудище облом" царственно покоится огромная фигура, с благородным и грустным лицом, так далеким от мысли непременно кого-нибудь задергивать, куда-нибудь гнать. Хотя "ведь нужно же куда-нибудь ехать"... Между добрым, "благим предначертанием" Всадника и злым конем с раскрытою пастью есть какое-то недоумение, что-то несоответствующее. Конь, очевидно, не понимает Всадника, явно благого, предполагая в нем "злой умысел" всадить его в яму, уронить в пропасть. Конь так туп, что не видит, что ведь с ним полетит и всадник туда же, и, значит, у него явно нет "злого умысла", не может его быть.
<...> видя, что конь храпит, всадник принимает его за помешанную, совершенно дикую и опасную лошадь, на которой если нельзя ехать, то хоть следует стоять безопасно и недвижно. Так все это и остановилось, уперлось...»
Памятник Александру III на Знаменской площади
Площадь Восстания сейчас и обелиск "Городу-Герою Ленинграду" в Санкт-Петербурге. Установлен 8 мая 1985 года
Памятник Александру III во дворе Мраморного дворца
Монумент посвящался "Державному основателю Великого Сибирского пути", то есть Транссибирской магистрали, начинавшейся от Николаевского вокзала (ныне Московского вокзала), — строительство магистрали было начато при Александре III.
Мраморная плита перед памятником
Заказчиками памятника являлись император Николай II и члены царской семьи, отдавшие предпочтение проекту итальянского скульптора П. П. Трубецкого, работавшего в России в 1897—1906 годах. Памятник существенно отличался от многих официальных царских монументов; скульптор был далёк от идеализации, от стремления к парадности. Александр III изображен в мешковатой одежде, грузно сидящим на тяжёлом коне, не соответствовал общепринятым представлениям об императорах. Как и во многих произведениях, здесь ярко воплотилось творческое кредо автора, говорившего, что «портрет не должен быть копией. В глине или на полотне я передаю идею данного человека, то общее, характерное, что вижу в нём». Независимо от степени достоверности слов, приписываемых Трубецкому, — «не занимаюсь политикой. Я изобразил одно животное на другом», — монумент вызывает ощущение тупой давящей силы. А. Бенуа отмечал, что эта особенность памятника «обусловлена не просто удачей мастера, но глубоким проникновением художника в задачу».
http://spb-city.info/monuments/pamyatnik-aleksandru-iii/
http://spb-city.info/monuments/pamyatnik-aleksandru-iii/
* * *
В.В. Розанов в своей статье "Paolo Trubezkoi и его памятник Александру III" так описывает впечатление от памятника:
«Конь уперся... Голова упрямая и глупая. Чуть что волосы не торчат ежом. Конь не понимает, куда его понукают. Да и не хочет никуда идти. Конь - ужасный либерал: головой ни взад, ни вперед, ни в бок. "Дайте реформу, без этого не шевельнусь". - "Будет тебе реформа!"... Больно коню: мундштук страшно распялил рот, нижняя челюсть почти под прямым углом к линии головы. <...> голова у коня упрямая и негениальная, "как мы все", "как Русь", как "наша интеллигенция". - "Пустите к свету!" А хвоста нет, хвост отъеден у этой умницы. Между хвостом - или, лучше сказать, "недостатком хвоста" - и злой, оскаленной головой помещено громадное туловище с бочищами, с ножищами, с брюшищем, каких решительно ни у одной лошади нет, и Трубецкой... явно рисовал не лошадь, а черт знает что! "Вдохновение", бессознательность!.. Именно так и нужно было: ну, какой "конь" Россия, - свинья, а не конь. <...> Трубецкой <...> посадил упрямую, злую, почти ослиную голову ("уперлась вниз по-ослиному") на громадную полулошадь, полу... Бог знает что... Помесь из осла, лошади и с примесью коровы...
<...>"Ничего не поделаешь, - говорит Всадник, - никуда не едет; одни либералишки, с которыми каши не сваришь"... Благородный, полугрустный, точно обращенный внутрь себя, взгляд Императора удивительно передает его фигуру, его "стиль", как я его помню; и удивительным образом это уловлено и передано в таком грубом, жестком материале, как бронза. Произошло это оттого, что взгляд Александра III был художественным центром его фигуры и, должно быть, до того выражал его душу, - ту "единую душу", которая сказывалась и в жестах, в манерах, в постановке шеи и груди...
<...>Упрям конь и ни под шпорами, ни под музыкой не танцует. На сем "чудище облом" царственно покоится огромная фигура, с благородным и грустным лицом, так далеким от мысли непременно кого-нибудь задергивать, куда-нибудь гнать. Хотя "ведь нужно же куда-нибудь ехать"... Между добрым, "благим предначертанием" Всадника и злым конем с раскрытою пастью есть какое-то недоумение, что-то несоответствующее. Конь, очевидно, не понимает Всадника, явно благого, предполагая в нем "злой умысел" всадить его в яму, уронить в пропасть. Конь так туп, что не видит, что ведь с ним полетит и всадник туда же, и, значит, у него явно нет "злого умысла", не может его быть.
<...> видя, что конь храпит, всадник принимает его за помешанную, совершенно дикую и опасную лошадь, на которой если нельзя ехать, то хоть следует стоять безопасно и недвижно. Так все это и остановилось, уперлось...»
Памятник Александру III на Знаменской площади
Площадь Восстания сейчас и обелиск "Городу-Герою Ленинграду" в Санкт-Петербурге. Установлен 8 мая 1985 года